Литературный Клуб Привет, Гость!   ЛикБез, или просто полезные советы - навигация, персоналии, грамотность   Метасообщество Библиотека // Объявления  
Логин:   Пароль:   
— Входить автоматически; — Отключить проверку по IP; — Спрятаться
В зарослях сорной травы,
Смотрите, какие прекрасные
Бабочки родились!
Исса
Мария Гринберг   / (без цикла)
Ручей
Этим солнечным воскресным утром Сьюзен, как обычно, поднялась рано, хотя они с мужем заснули всего за час до рассвета. Тихонько выскользнула из-под тяжёлой ласковой руки Питера. Натянула домашнее льняное платье. Тронула губами лобик сопящего в люльке ребёнка, улыбнулась: копия папы, и сон такой же, богатырский… Во дворе у рукомойника умылась, наспех повязала косынку и выбежала босиком на тихую росную улочку, привычно вскинув на плечо коромысло с деревянными вёдрами.

Вчерашнее торжество затянулось допоздна. Поселенцы праздновали окончательную победу над амазонками. Уже давно покорились, признали власть белых, приняли истинную веру все дикие племена в округе. Только лесные ведьмы всё ещё сражались с пришедшими на их землю колонистами, нападали внезапно и не знали пощады. На месте оставались изрубленные тела женщин и детей. Мужчины исчезали бесследно – об их судьбе ходили жуткие слухи.

Но теперь покончено с этим кошмаром. Жаль, не успела вчера толком расспросить мужа. Ну да день впереди, будет время послушать о его подвигах.


Да, о вчерашнем дне было что рассказать. Тщательно подготовленное наступление началась на рассвете. Половину прошлогоднего урожая пришлось продать, чтобы приобрести новейшее вооружение. И теперь скорострельные карабины и полдюжины ручных пулемётов показали своё превосходство над луками и стрелами варварок. Лес окружили кольцом и прочесали, уничтожая всё на своём пути. Дотла сожгли деревню разбойниц. Две сотни амазонок лежали мёртвыми. Уцелевшие – десятка три – бросили оружие. Дважды раненую, схватили живьём и их предводительницу, легендарную лесную королеву, прозванную Кровавой Мэри. Победители оказались в замешательстве: что делать с пленницами? Некоторые, особенно молодёжь, предлагали оставить их в живых. В селении колонистов всегда не хватало женщин… Постарше, семейные, с невольной жалостью глядели на осиротелых детей из сожжённой деревни: пощадить соплюх, неужто они опасны? Но пастор был суров:

– Мы – лишь орудие гнева Божия. Так исполним волю Его.

Скрученную канатами, привязав к лошади, волокли на расправу Кровавую Мэри. При всеобщем ликовании её величество заняла подобающее ей высокое положение – на колу, укреплённом посреди дымящихся развалин деревни. Хрипло, яростно ревела пронзённая насквозь косматая великанша. Наконец перестала корчиться, тяжкой грудой мяса осела на кровавом столбе. Настал черёд её подданных. Женщин и девочек принудили взять младенцев на руки. Толкая прикладами, оттеснили на край ущелья. Многое видел каньон смерти. Сюда приходили те, кто состарился или получил увечье в бою – не желая быть обузой племени, гордо обрывали свой славный путь последним шагом в пустоту. Сюда сбрасывали истерзанные тела пленников, зверски изнасилованных, до капли отдавших свой детородный сок разъярённым лесным фуриям. Сюда, под свист и улюлюканье, шли несчастные матери-амазонки, родившие сыновей – искупая свой позор, сами, по манию беснующейся огненно-рыжей шаманки, швыряли в пропасть мальчишек. Сюда прошлой зимой после страшных истязаний бросили изменниц, предлагавших отступить от древних обычаев, заключить мир с белыми пришельцами. Теперь наступил финал. Скошенные пулемётными очередями, со своим проклятым отродьем рухнули с высоты двухсот футов пленные варварки.

В сотне ярдов от деревни, возле бьющего из скалы горячего источника, обнаружили что-то вроде полевого госпиталя. Амазонки успели вынести с поля боя тринадцать своих тяжелораненых. Они лежали в тени на охапках сухой травы. Хорошо, что колонисты догадались взять с собой собак – чуть в стороне, в тёмном гроте, умные легаши унюхали ещё шестерых прятавшихся туземок. Когда выволокли их на свет, разглядели: беременны, на сносях. Все невольно содрогнулись, умолкли. Чьи же это дети? Встали перед глазами лица товарищей – отцов, сыновей, братьев, замученных этими тварями…

В упор добили раненых. Одной очередью уложили шептавшую заклятия ведьмачку-знахарку и рыженькую зеленоглазую толстушку – её дочку и ученицу, «санитарку» этого «госпиталя». Толкнули к скале беременных. Мягко ступая, поддерживая тяжелые колышущиеся животы, повернулись, встали в ряд молодые дикарки. Видно, пленников не хватало на всех, право иметь детей доставалось самым сильным. Все шестеро как на подбор – рослые, мускулистые, меднокожие, словно статуи античных богинь, обёрнутые оленьими шкурами вокруг бёдер и через плечо, так, что обнажены левые груди – могучие, круглые, покрытые татуировками в память боевых подвигов – и уже набухшие, наливающиеся молоком. Надменная осанка, ни тени страха на бронзовых лицах… Пастор вставил новый диск и щёлкнул затвором пулемёта.

– По слову Твоему, Господи:
«…и беременные их будут вспороты…»*

Ни одна не вскрикнула – молча падали, перерезанные очередью по брюхам, молча бились, грызли землю в предсмертных корчах. Нелюди, исчадия ада… Но всё же Питеру стало не по себе. Вспомнилась Сьюзен. Носила их сынишку на последних днях беременности – так же плавно ходила любушка, гордо вскинув голову, обняв, оберегая живот… Приотстав, чтобы не видел пастор, парень бегом вернулся к скале. Торопливо, выстрелами в лицо, добил хрипящих в агонии несбывшихся матерей.

С триумфом вернулись домой. Не даром досталась победа. В одиннадцати домах посёлка женщины наденут чёрные платки – но никто не увидит их слёз, такова судьба жён пионеров. После благодарственной молитвы началась разливанная пирушка. Даже старожилы колонии не помнили такого радостного праздника.


Хорошо повеселились вчера, с утра так кстати будет для мужа кружка студёной воды. Сьюзен свернула в знакомый переулок у околицы. Тихо скрипнула калитка отцовского дома, и Сьюзен радостно рассмеялась: да, на любом расстоянии они чувствуют друг друга и думают одинаково! В таком же, как у неё, простеньком домотканом платьице, с коромыслом через плечо, щурясь от восходящего солнца, вышла из калитки босая девушка – Бетси, сестрёнка.

Взявшись за руки, побежали за околицу, к ручью, напрямик через накануне убранное, покрытое ещё не скирдованными – не управились вчера до возвращения мужчин – снопами ржаное поле, розовеющее в первых лучах рассвета. Искрилась под солнцем, обжигала холодом роса. Жёсткая стерня привычно щекотала огрубелые потрескавшиеся ступни юных жниц. Коромысла покачивались на крутых плечах. Не так легко будет возвращаться, в горку, с полными до краёв четырёхгаллонными вёдрами. Но никакой работы не боялись неразлучные с детства сёстры-погодки, похожие как две молодые берёзки синеглазые русоволосые крепышки. Дочери пионера, подруги пионеров, матери будущих пионеров – тех, кому и дальше, с плугом и винтовкой, с именем Божиим на устах идти вперёд, покоряя этот дикий континент.

Как всегда при встрече, девчонки трещали без умолку. Сьюзен вышла замуж год назад, и Бетси всё не уставала удивляться, как замужество изменило сестру. Теперь Сьюзен знала столько интересных тайн – о мужской любви, беременности, материнстве… Восхищение сестрёнки-девственницы льстило Сьюзен, она подшучивала над Бетси, делая страшные глаза, рассказывала небылицы о своих любовных играх с Питом. Бетси догадывалась, что её разыгрывают, обиженно надувала губки. Но не было сил сердиться. Девушка-простушка звонко смеялась, тормошила сестру – ах ты, врунья! – и снова, смущённо опустив глаза, задавала наивные вопросы. Ничего, скоро она узнает всё сама. День свадьбы уже назначен, сразу после сбора урожая Джонни поведёт её к алтарю. А потом будет ночь – и они останутся вдвоём…

Колонисты давно вырубили лес у ручья, построили на берегу две сторожевые вышки – на них всегда стояли часовые, охраняя и подступы к посёлку, и женщин, идущих по воду. Интересно, кто сейчас в карауле: вот не повезло, пропустили такой замечательный праздник? Приложив козырьком ладонь к глазам, Бетси присмотрелась, и вдруг, рассмеявшись, толкнула Сьюзен в бок – впервые этим утром вышки стояли пустыми! Да, опасности больше нет, наступил мир.

Сёстры остановились на песчаном левом берегу ручья, сбросили коромысла с плеч. Сьюзен подоткнула платье, взяла вёдра. Тихо ойкнула, ступив в холодный стремительный поток.


Амазонка лежала на обрывистом правом берегу. Вытянулось в высокой увядающей траве, почти слилось с ней по цвету смуглое, в бурых кровавых пятнах, синяках и царапинах, обнажённое тело. Разорвала мускулистую спину большая, уже не кровоточащая, запекшаяся рана от прошедшей навылет тяжёлой крупнокалиберной пули. Смертельно раненная, но ещё живая – сквозь плеск ручья, шелест травы под ветерком едва слышалось редкое, тяжёлое, с хрипом и клокотанием дыхание.

Джани сражалась вчера рядом со всеми. Но уже в горящей деревне, услышав детский крик, дрогнула, бросила оружие, метнулась к вспыхнувшему дому. Только успела выхватить из огня своих четырёхлетних двойняшек – тут же ударом по голове свалили её наземь. Бешено дралась, но одолели, навалились вчетвером. Разорвали одежду, душили, ломали рёбра. Теряющую сознание, распяли на земле. Насиловали у порога догорающего дома, на глазах замерших в ужасе малышек. Насытившись, смеясь, пинали распростёртое побеждённое тело. Заставили подняться. С детьми на руках прикладами погнали к ущелью:

«…Блажен, кто воздаст тебе за то, что ты сделала нам! Блажен, кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень!»**

…Прильнули кровинушки… Ещё верили в маму, умоляли защитить, спасти… Будто не слышала, окаменела. Только на краю пропасти обернулась, успела выкрикнуть последнее проклятие. Гром выстрелов, горячий острый удар в грудь, и темнота…

Очнулась ночью, в ущелье. Чудом осталась жива, груда трупов смягчила падение. И расстрелянная не выронила дочурок; так и окоченели они на груди мамы, смотрели ей в лицо, скорбно, укоризненно… Хорошо целились, прямо в малышек – насквозь пробиты пулями тоненькие тельца. Никого не осталось в живых. Лишь звёзды слышали вой остервенелой недобитой волчицы над мёртвыми детьми. Ярость дала силы – истекая кровью, амазонка выкарабкалась из ущелья, доползла до священного источника. Но не смогла помочь ей мудрая, знавшая все языки людей, зверей и растений чародейка-целительница. Среди тех, кого безнадёжно пыталась спасти, лежала огневолосая красавица ведунья, бессильно раскинув волшебные, одним прикосновением изгонявшие боль руки. Заваленный телами, помутнел от крови заветный ключ, не излечила чудесная вода ни простреленную грудь Джани, ни повреждённую при падении спину. Правда, кровотечение остановилось, но Джани больше не чувствовала ног, продолжалось и внутреннее кровоизлияние в разорванном лёгком – грудь будто наполнилась острыми обломками, превращая в муку каждый вздох. Да и незачем дышать…

Нет. Нельзя, чтобы это осталась безнаказанным. Последняя амазонка, мстительница за всех.

Как раздавленная гадюка, корчась от боли и задыхаясь, волоча парализованные ноги, она ползла по следу убийц. Натыкалась на тела – сражённые страшным оружием пришельцев, лежали её подруги, соратницы. Великие бойцы, непобедимые прославленные героини… В притоптанной липкой траве разметалась девушка, молоденькая, ещё по-подростковому угловатая. Раздробила бёдра, перервала её почти надвое пулемётная очередь. Изуродовано, превратилось в кровавое месиво лицо. Но даже в лесной мгле янтарные кошачьи глаза Джани видели как днём – разглядела маленькую татуировку на груди юной богатырши. Люми, вторая дочка. Всего месяц назад прошла ритуал посвящения в воины, первый и последний её бой.

…Многие амазонки завидовали Джани. Ни разу не осквернила она себя рождением мальчика, четыре дочурки – редкая удача, а близнецы и вовсе считались великим счастьем, даром судьбы. Всё оборвалось в тот страшный день прошлой зимой. Вместе с двумя другими преступницами стояла перед судом племени её старшая дочь, Рими. Ясно и твёрдо она повторила своё признание. Да, охраняя лес, она заметила пришельца-траппера, одолела его в поединке, обезоружила – но не взяла в плен, отпустила, лишила племя законной добычи. Да, на другую ночь этот смельчак снова пришёл, они занимались «любовью» – и, кощунственно поправ заветы предков, при этом Рими оставила мужчину живым… Да, она рассказала всё подружкам и соблазнила их. Тайно они встречались с бледнолицыми парнями, отдавались, ложились под них, подобно жалким похотливым самкам других племён. Конечно, вскоре это открылось. Амазонки не умели лгать и притворяться. Сами себя выдали, выступили перед всеми, предлагали неслыханное, святотатство: не убивать мужчин, пойти на союз с ними… Лишь из уважения к былым подвигам матери казнь Рими оказалась незаслуженно лёгкой. Джани сама, полоску за полоской, содрала с неё кожу. Смерть подруг Рими, попавших в руки к шаманке, была воистину страшна…

Разжав окостеневшие пальцы Люми, Джани взяла из них лук, сняла с мёртвой колчан, пересчитала оставшиеся стрелы. Пять, больше и ни к чему. Ласково погладила щеку дочки – прости, маленькая… Ползла дальше. Опушка леса, уже близок ручей. Там стоят дозорные вышки пришельцев. Они поражают издалека, громом. Но в темноте можно попробовать подобраться на расстояние точного прицела, первая стрела не пропадёт даром. А может, прежде чем убьют, успеешь прицелиться и ещё раз? Двое, только двое, так мало, но это всё, что тебе осталось.

По-змеиному бесшумно скользя в траве, Джани выползла на берег ручья. Осторожно подняла голову и оцепенела, не веря глазам. Ни звука, ни движения – пусты, тёмны проклятые вышки. Да, ведь больше некого им бояться. Все мертвы, и тебе, безногой, не перебраться через ручей. В отчаянии Джани упала лицом в траву. Напрасно мучилась. Так и уйдёшь, не отомстив?

Но нет, не всё ещё потеряно. Джани злобно усмехнулась. Что ж, сняв охрану, они сами обрекли на гибель своих женщин, что придут утром к ручью. И ведь так даже лучше. Каждая убитая самка – смерть всех её нерождённых детёнышей, насколько меньше станет этих гнусных бледнолицых уродов. За всё заплатят стервы. Только дожить до рассвета…

В полузабытьи лежала на обрыве. С того берега доносилась весёлая музыка. Потом всё стихло, лишь монотонно ворчал порог в сотне ярдов ниже по течению. Началась лихорадка, жар словно плавил мозг. В тумане плыли перед глазами лица детей. Плакали, тянули ручонки, звали к себе малышки. Но заслонила их, сурово взглянула Люми – держись, мама.

Медленно светало. Пробудилось, с карканьем слеталось на пир, кружило над лесом вороньё. Но вот сквозь хриплый грай пробился иной, вожделенный звук. Девичьи голоса и смех раздались у ручья.


Бетси обернулась, услышав мокрый хлёсткий удар и сдавленный горловым спазмом тихий стон. Уронив вёдра, Сьюзен схватилась за грудь. Наконечник стрелы в кровавых лохмотьях разорванного мяса торчал из-под левой лопатки. Как срезанная клинком лозинка, босая девочка-мама рухнула на песок, запрокинув голову. Возле своих ног Бетси увидела распахнутые молящие глаза:
– Больно…

Стрела вошла под левую грудь, пронзив сердце. В неистовой борьбе со смертью выгнулось сильное тело. Пытаясь вздохнуть, хрипя, раздирая ворот платья, Сьюзен приподнялась на локтях – и упала распластанная. Бетси бросилась перед ней на колени… но застыла, оледенённая смертным ужасом стекленеющего взгляда из-под алой косынки… Сестрёнка… почему? Ведь сказали, больше нечего бояться?… значит, не всех амазонок истребили… о, Боже!

Схватив лежащее на песке коромысло, Бетси вскочила на ноги. Но разве это оружие против лучниц? И не спрятаться, не убежать на открытом поле… И бесполезно звать на помощь, никто не услышит.

Отбросила никчёмную деревяшку. Ну что ж… осталось только не осрамиться. Пусть эти варварки видят, как умеют умирать белые девушки.


Много раз на охоте первой стрелой Джани сваливала на месте бегущего буйвола. И даже полумёртвая, она не могла пожаловаться на свой глаз и руку. Не пискнула сука… Джани улыбнулась, глядя на упавшую женщину. Тяжело выкатилась из разорванного платья налитая грудь кормилицы. Конец щенкам. И другой не плодить ублюдков… Лёжа на боку, амазонка натянула лук, целясь в Бетси. Большеногая, широкая в кости селянка стояла недвижно, уронив крупные загорелые руки. Но Джани видела, как под суровой холстиной бешено колотится сердце девушки. Бетси смотрела в небо, её губы что-то беззвучно шептали.

– Слишком лёгкая мишень, – зло прошипела Джани. – И слишком лёгкая смерть. Я заставлю тебя визжать…

Стрела просвистела, вскользь, на промахе, распоров Бетси правую грудь. Калёными клещами рванула боль. Хлынула кровь, сразу стало влажным и липким платье. Девушка пошатнулась, но выпрямилась снова. Даже не взглянула на раненую грудь – Бетси увидела амазонку, их глаза встретились.

– Плохо стреляешь! – крикнула, стиснув кулаки. – Целься лучше, краснорожая!

Неторопливо прицелясь, амазонка всадила стрелу в левое бедро Бетси. Девушку мотнуло в сторону, она упала на колено, но, скрипя зубами, поднялась опять.

– Сволочь, – простонала Бетси. – Будь ты проклята…

Стрела впилась ей в левый бок под рёбра. Бетси согнулась, хватаясь за рану, ступила в ручей. Шатаясь, увязая босыми ногами в песчаном дне – устояла. Из последних сил сдерживая рвущийся из горла звериный вой боли, отчаянным усилием заставила себя распрямиться, смотреть в лицо врагу. Струйка крови брызнула из угла рта:

– Стреляй же как надо, мразь…

Нет, такая не завизжит. Остались не целованными – прокушены, уже намертво сжаты девичьи губы. Глаза Рими, пригвождённой к столбу пыток… Джани тряхнула головой, отгоняя видение. Рывком натянула тетиву. Острее любой стали, трёхгранный обсидиановый наконечник вошёл в горло Бетси, рассёк сонную артерию, взрезал трахею, перерубил позвоночник. Бездыханная, шагнула вперёд, в стремнину. Опрокинулась, сбитая потоком. Подхватило её течение, закружило, понесло, швырнуло на камни порога. Исчезли в клокочущей пене залитое кровью серенькое платьишко и облако русых волос.

Джани отшвырнула лук, скатилась с обрыва. Иссохшим ртом потянулась к ручью. Ловившие птиц на лету, разрывавшие пасть ягуара – обмякли, подломились руки лесной воительницы. Ткнулась лицом в воду, вздрогнула и замерла.

Издалека донёсся удар маленького церковного колокола. Для сегодняшней проповеди пастор избрал тему: "Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение"*** Трудно было найти удачнее: ведь наконец-то мир пришёл на эту землю.

С огорчением пастор заметил – несколько прихожан опаздывали.

Растерянный Питер метался по дому. Трёхмесячный сынишка на его руках горько и обиженно плакал: пора кормить его, где же мама?

Над ручьём прошелестели крылья. Чёрная птица отделилась от вьющейся над лесом стаи, опустилась на грудь Сьюзен. Склонив голову, ворон попробовал на вкус молоко, тонкой струйкой стекавшее на песок из набухшего соска. Бочком, бочком птица перепрыгнула ближе. Кривой жёлтый клюв потянулся к самому лакомому кусочку – ещё не остывшему синему глазу.

___________________________

* Осия, 14-1
** Пс, 136, 8-9
*** Лк. 2, 14
©  Мария Гринберг
Объём: 0.462 а.л.    Опубликовано: 08 11 2008    Рейтинг: 10.22    Просмотров: 2540    Голосов: 6    Раздел: Рассказы
«Пророк»   Цикл:
(без цикла)
«Доброволец»  
  Рекомендации: captain   Клубная оценка: Нет оценки
    Доминанта: Метасообщество Библиотека (Пространство для публикации произведений любого уровня, не предназначаемых автором для формального критического разбора.)
Добавить отзыв
Байкал ВВ08-11-2008 15:40 №1
Байкал ВВ
Гетман Турнира за Эсса
Группа: Passive
Зачитался. Сразу, взасос.
Мария, эпизод исторический или фэнтези? (споткнулся на ручных пулеметах)
Наповал, и не взвизгнула сука… Джани улыбнулась, глядя на упавшую Сьюзен: вывалилась из распахнувшегося платья тяжёлая грудь молодой матери-кормилицы

Джани и Сьзен были знакомы? Если нет, думаю упоминать имя Сьюзен - лишнее
Мой плюс!
Мария Гринберг08-11-2008 15:46 №2
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Фэнтези, конечно - а кто сказал, что в нём запрещены пулемёты?
Да, пожалуй, Вы правы, упоминание имени несколько режет глаз, - уберу, спасибо!
Байкал ВВ08-11-2008 16:25 №3
Байкал ВВ
Гетман Турнира за Эсса
Группа: Passive
Мария Гринберг
Фэнтези, конечно - а кто сказал, что в нём запрещены пулемёты?
Нет, конечно :)
Мария, ещё вот это: * Осия, 14-1 ** Лк. 2, 14 подробнее бы. М.б. кого заинтересует
Virtus08-11-2008 17:09 №4
Virtus
Уснувший
Группа: Passive
Да уж, досталось амазонкам.
Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть, и достаточно мрака для тех, кто не хочет. (Блез Паскаль)
Холод*ок09-11-2008 18:53 №5
Холод*ок
Автор
Группа: Passive
Вытянулось в высокой увядающей траве, почти слилось с ней по цвету смуглое, в бурых кровавых пятнах, синяках и царапинах, обнажённое тело. Разорвала мускулистую спину большая, уже не кровоточащая, запекшаяся рваная рана – след прошедшей навылет тяжёлой крупнокалиберной пули.
- былинный такой стиль. С подлежащим в самом конце. Сам грешу подобным, но здесь не слишком ли, Мари?
Хорошая вещь. Напряжённая и яркая. Отлично, Мария!
P.S.
Мари, не хочу обидеть, поверьте, но как долго вы ещё будете старательно и с картинками "убивать" женщин в своих произведениях? :)) Я каждый раз надеюсь на изменение вектора ваших произведений, но вот...
В следующей жизни я ни за что не буду писать чего либо
Мария Гринберг10-11-2008 08:44 №6
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Книга пророка Осии (Ветхий завет), гл14:
"1.Опустошена будет Самария, потому что восстала против Бога своего; от меча падут они; младенцы их будут разбиты, и беременные их будут рассечены."

Евангелие от Луки, гл 2:
"13.И внезапно явилось с Ангелом многочисленное воинство небесное, славящее Бога и взывающее:
14.слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!"

Да впрочем, не в богословии тут дело, не первый и не последний раз святыми словами прикрывают грешные делишки.
Когда перестанут это делать в реале, может, и я подумаю о повороте вектора.

Сообщение правил Мария Гринберг, 10-11-2008 08:48
Просто10-11-2008 09:18 №7
Просто
Автор
Группа: Passive
Смотрится как фрагмент чего-то большего. Многое прошло намёками, штрихами. Жестокость не привлекает, но в принципе оправдана сюжетом.
Есть мелкие косячки, типа соснового пола. (смолы много в сосне, пятки будут липнуть). Нагревшаяся за ночь вода. Кровавая Мери, имя - стёб.
Просто мнение.
Мария Гринберг10-11-2008 09:35 №8
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Да, верно, Просто, тут можно бы растянуть на добротный роман - и описание быта переселенцев, и этнографический очерк о жизни амазонок, и батальные сцены с участием женщин-воительниц, и романтические межрасовые свидания, и порно...
Насчёт сосны это Вы точно подметили - именно липнут, и аромат смолы, дом ведь ещё свежесрубленный, к свадьбе строили.
Воде почему ж не нагреться за августовскую душную ночь - самая ведь страда?
А Кровавая Мэри - не просто стёб, а автостёб, что ж поделаешь, люблю я занимать высокое положение, не в рейтинге, так хоть на колу :))

Сообщение правил Мария Гринберг, 10-11-2008 10:29
Байкал ВВ10-11-2008 13:18 №9
Байкал ВВ
Гетман Турнира за Эсса
Группа: Passive
Мария Гринберг
Книга пророка Осии (Ветхий завет), гл14:
Спасибо!
В Евангелие и Откровениях встречаются такие моменты, хоррор - отдыхает
captain10-11-2008 13:37 №10
captain
Автор
Группа: Passive
Неофиты частенько принимают Писание за Некрокомикон:)
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Байкал ВВ10-11-2008 13:56 №11
Байкал ВВ
Гетман Турнира за Эсса
Группа: Passive
captain
Неофиты частенько принимают Писание за Некрокомикон
Точняк:)

Пардон за флуд

Кицунэ Ли10-11-2008 14:14 №12
Кицунэ Ли
Автор
Группа: Passive
Мария Гринберг, как страшен Ваш мир...
Любить людей трудно, а не любить - страшно (с) Flame.
Мария Гринберг10-11-2008 14:42 №13
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Некрокомикон? - не слыхала.
В нашем мире бывало и пострашнее, Кицунэ Ли

Сообщение правил Мария Гринберг, 10-11-2008 14:46
captain10-11-2008 14:48 №14
captain
Автор
Группа: Passive
Ок. Некоторые неофиты частенько полагают, что Писание - это такой запатентованный найденный философский камень:), и норовят стукнуть им по башке - кто под руку попадется, хотя ясно сказано ведь: время разбрасывать камни - время собирать их.:)
А некоторые неофиты даже полагают, что Писание - отличный цитатник, ибо кто уже прислушается к мнению маньяка Кьеркегора или истерика Достоевского? Упанишады же цитировать кажется так же неприлично, как листать в метрополитене камасутру с картинками.
И не могу удержаться: "Внезапно он услыхал за спиной оглушительный, торжественный грохот
гибнущей в огне и буре планеты. Не успел понять почему, прыгнул в сторону,
спасаясь от катастрофы, и этот грохот гибели мира был последним земным
звуком для него.
Марютка бессмысленно смотрела на упавшего, бессознательно притопывая
зачем-то левой ногой.
Поручик упал головой в воду. В маслянистом стекле расходились красные
струйки из раздробленного черепа.
Марютка шагнула вперед, нагнулась. С воплем рванула гимнастерку на
груди, выронив винтовку.
В воде на розовой нити нерва колыхался выбитый из орбиты глаз. Синий,
как море, шарик смотрел на нее недоуменно-жалостно.
Она шлепнулась коленями в воду, попыталась приподнять мертвую,
изуродованную голову и вдруг упала на труп, колотясь, пачкая лицо в багровых
сгустках, и завыла низким, гнетущим воем:
- Родненький мой! Что ж я наделала? Очнись, болезный мой!
Синегла-азенький!
С врезавшегося в песок баркаса смотрели остолбенелые люди."

Ленинград
ноябрь 1924 г.

А то скажут, скажут ить , что читал наискосок, а я сразу заглядываю в конец.:)

Сообщение правил captain, 10-11-2008 15:01
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 15:10 №15
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Так и не только неофиты, увы.
Я уж об этом говорила выше - вполне сознательно, реальные свои мерзости оправдывают, вот такими святыми(?) текстами.

Ну, с Лавренёвым мне, конечно, не тягаться...

Сообщение правил Мария Гринберг, 10-11-2008 15:14
captain10-11-2008 15:18 №16
captain
Автор
Группа: Passive
Да меня одно убивает. Не жалко ни амазонок, ни поселенцев. Никого не жалко. А где - просвет? И вот получается, что поселенцы дьявольскую книгу читают, а амазонки - те вообще лесные ведьмы.:) И тут появляются Питер с женой.Вроде бы они примером человечности должны быть, однако и они тоже - два озлобленных ублюдка:) Вот и соглашусь с Кицуне - в страшном мире Вы живете, Мария Гринберг.:) Вот я и привожу в пример "Сорокпервого" Лавренева: вот уж воистину люди жили в братоубийственной жути, а все они как-то оказывались сложнее Ваших безумных кровососов:)Я, честно говоря, за поселенцев. Как представишь этих ополоумевших диких баб, насилующих бедных мужучков на краю пропасти под тамтамы! Блин... Слеза покатилась!
Но воображение у Вас, Мария! или это - переводное? Прямо Вы Фенимор Купер наших дней, т.е. - все козлы!:)

Сообщение правил captain, 10-11-2008 15:25
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 15:31 №17
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Ну, какие ж они ублюдки - тут, пожалуй, Вы слишком строги?
Просто время такое им выпало, попади мы туда, и нас бы построили.
Просвет был как раз наискосок, Вы туда не попали, заглянули сразу в конец...
captain10-11-2008 15:51 №18
captain
Автор
Группа: Passive
Времена не выбирают.. Щас такие же точно времена. И отправь нас нынче же изничтожать каких-нибудь осатанелых кочевников (или буде - желтые на нас нападут), у которых не то что Библии - Интернета нет (о, ужас!), так же бы спокойно истребляли. Но знаете, Мария, именно тов. Питера и кольнуло что-то, потому что он был христианин (плохой или хороший - другой вопрос), потому что мы - никакие христиане - живем наследием тысячелетней христианской культуры - кольнет и нас (Господи, эти оборванные и злобные недоумки, не ведающие ничего о гугле - тоже люди!:). Так что весь этот устаревший пафос невинных в своем неведении чистых язычников, когда-то весьма актуальный, ныне смотрится анохронизмом. Наискосок перечитал. Не увидел просвета. Убивцы понесли наказание, честная, ободравшая собственную дочурку (полоска за полоской) язычница - стала уродливым орудием Провидения. Когда раньше оправдывали честных дикарей, то, по крайней мере, было понятно - с чем идет борьба: с неправдой, делающейся именем Бога. А сейчас - какая мировая религия? Равнодушие. Все правы, каждый по своему, все виноваты, смерть все покроет и всех укроет. Уж лучше бы драли глотки друг жружке, как прежде.:) А Вы не серчайте на меня, Мария Гринберг. Хороший рассказ, но Бог и пророки тут явно ни при делах.:)Цитаты, вами использованные, хороши в контексте - Писания и жизни.

Я это все к тому, что христианство и так еле живо, как и культура, так что же их подпинывать? когда-то можно было, когда были - сильны, а сейчас... это уже дохлой мышкой играть. Нонешние люди все больше напоминают Ваших амазонок, только без их кодекса чести.:)

Сообщение правил captain, 10-11-2008 16:07
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 16:04 №19
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Ну вот, а дочурка-то, ободранная - смогла ж понять, что можно и по-другому?
Вот где мог бы быть просвет, молодые нашли бы свой путь.
А цитаты, да дались они Вам - не путайте автора с персонажем, звучат ведь они в устах этого пастора, фанатика-изувера.
Говорят, Священное Писание любит цитировать дьявол.
captain10-11-2008 16:09 №20
captain
Автор
Группа: Passive
Отлично сказано! Дьявол вообще любит цитировать Бога:)
Эхмм.. надо бы отдохнуть от этого сайта:)))
Молодые... не подумал. Я как-то не верю в то, что молодые могут изменить мир к лучшему. столько раз бывало наоборот!:)
Я как-то за традицию. поубивали друг друга - так тому и быть. Всяко лучше ООН в дремучих лесах:)
Ок., хорошо, что не поругались на сей раз.:)
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 20:10 №21
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Спасибо за рекомендацию, captain!
Ну а на кого ж ещё надеяться, как не на молодых? Таких, как Джани или пастор, ревнителей закона, уже ведь не переделаешь.
А вот Бетси с Рими вполне бы могли подружиться, и неизвестно ещё, кого бы Джонни повёл под венец... а через пару поколений и вовсе был бы это один народ.
Ну, если устали, так отдохните, да возвращайтесь - ещё поругаемся, надеюсь, не раз!
captain10-11-2008 20:30 №22
captain
Автор
Группа: Passive
Велкам, Мария Гринберг.
Хотя я против ассимиляции. Народы должны жить отдельно, максимально отдельно. Чем больше у народа душа нараспашку, тем меньше в этом народе остается своего, национального - вот как в нашем народе уже не пойми что вместо национальности и чорт знает что такое - на посту руководителя страны!
Джонни пусть трахает, простите, Джейн, а Римми - Гойко Митича!:)

Сообщение правил captain, 10-11-2008 20:39
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
flober10-11-2008 20:59 №23
flober
Уснувший
Группа: Passive
PLOXO. KONEC DISKUSSII
captain10-11-2008 21:01 №24
captain
Автор
Группа: Passive
Фигасе Флобер припечатал!:)))
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Кицунэ Ли10-11-2008 21:04 №25
Кицунэ Ли
Автор
Группа: Passive
Ну да, ну да... Против Флобера как-то и переть боязно :))
Мария, я здесь голос оставила - потому что это гораздо более неоднозначный рассказ, чем получались раньше... Конечно, я сейчас имею в виду только свое отдельно взятое восприятие.
Любить людей трудно, а не любить - страшно (с) Flame.
captain10-11-2008 21:12 №26
captain
Автор
Группа: Passive
Я всего два рассказа читал Марии Гринберг вместе с этим, но совершенно согласен с Лисой Алисой. И, видимо, я голоснул, но раньше, потому как сейчас этого сделать не могу - нет окошка для голосования. Граждане индейцы! Я ушел говорить с Духом Белого Облака...
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 21:17 №27
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Хотя я против ассимиляции. Народы должны жить отдельно, максимально отдельно
Ну, тут можно и поспорить - я сама сложная метиска, и мне, знаете, нравится.
Отдельно жить всё равно невозможно, земля-то одна, да маленькая.
captain10-11-2008 21:36 №28
captain
Автор
Группа: Passive
Уверен, что я не менее сложный метис, Мария Гринберг, видели бы Вы мою цыганскую физиономию:) Мы тут видели замечательное кино - "Луна в бутылке", и , знаете, будущее мира видится мне печальным именно вследствие перенаселения планеты. Это мы сегодня с Вами сложные метисы, а завтра от нас отличаться будут хоть как-то разве что китайцы:)Завтра мир будет похож на яйцо.

Сообщение правил captain, 10-11-2008 21:42
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 21:40 №29
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Ну и что делать, планету не расширишь ведь? Неужели...?
captain10-11-2008 21:45 №30
captain
Автор
Группа: Passive
Всех на Марс. Есть, кстати, такие планы. Никаких - неужели. На Марсе есть вода, и даже идет снег. Кроме того, все видели фильм "Вспомнить все", так что проблем с адаптацией восприятия не будет.
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 21:49 №31
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Радикальное решение...
МарсЛаг?
captain10-11-2008 21:53 №32
captain
Автор
Группа: Passive
Почему Лаг? Марс палас хотэл!:)
О Марсе конкретно помышляют руководители развитых стран. Это я не я придумал. Планета перенаселяется угрожающими темпами. И если всех не перережут цветные... прям не зна-аю..
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Мария Гринберг10-11-2008 21:55 №33
Мария Гринберг
Автор
Группа: Passive
Просто если уж "Вспомнить всё", то как-то хм...
Ладно, поживём-увидим.
Спасибо!
captain10-11-2008 22:15 №34
captain
Автор
Группа: Passive
Да не за што.
Великое переселение на Марс. Уменьшающаяся голубая планета. Космический сумерк.
- Эх, мы все загадили, загадим и Марс, Джон.
- Тебя нельзя назвать солнечным оптимистом, Светлана.
- Будешь тут оптимистом с дедушкой китайцем и бабушкой марсианкой, Джон. Убери свое щупальце с моей руконожки!
Сойдя вниз к капитану, так как мне нужно было с ним поговорить, я имел несчастье застать его как раз в ту минуту, когда он торопливо откупоривал бутылку.
Добавить отзыв
Логин:
Пароль:

Если Вы не зарегистрированы на сайте, Вы можете оставить анонимный отзыв. Для этого просто оставьте поля, расположенные выше, пустыми и введите число, расположенное ниже:
Код защиты от ботов:   

   
Сейчас на сайте:
 Никого нет
Яндекс цитирования
Обратная связьСсылкиИдея, Сайт © 2004—2014 Алари • Страничка: 0.05 сек / 36 •